— Почему «почти»? — спросил Олег.

— Потому что в пачке оказалось всего две настоящие купюры, сверху и снизу. А между ними были вложены обыкновенные бумажки.

— Классическая «кукла», — сказал Олег. — Но как же Наталья Леонидовна не заметила? Ведь она вроде деньги сама пересчитывала.

— Именно, — подтвердил Женька. — И не один, а целых два раза.

— Ничего не понимаю, — в полном замешательстве пробормотал Олег.

— Я тоже, — ответил Женька. — И мать ничего не понимает. И отец. То есть вообще-то они понимают, что теперь ни шубы, ни денег нету, — уточнил Женька. — Но им от этого не легче.

— Естественно, — с сочувствием произнес Олег. — А теперь, Женька, ты вот что скажи: мать, пока эта тетка у вас сидела, никуда не выходила из комнаты?

— Мы с отцом уже спрашивали. Мать боялась даже на шаг отойти от столика.

— Чудеса в решете! — вырвалось у Олега.

— Ну! — был с ним совершенно согласен Женька. — Ловкая, видно, тетка была.

— Ты все-таки расспроси Наталью Леонидовну поподробней, — посоветовал Олег. — Вдруг она вспомнит что-нибудь важное.

— Сейчас расспрашивать бесполезно, — с уверенностью изрек Женька.

— Почему? — не дошло до Олега.

— Мать и отец в истерике, — был краток Женька. — Предок орал: «Денег нет! Шубы нет! А зима на носу!»

Услыхав это, Олег пришел к выводу, что обстановка в доме Васильевых сложилась и впрямь напряженная. Женькины родители были людьми крайне уравновешенными и спокойными.

— Главное, предок все время мать упрекает, что она с ним не посоветовалась, — продолжал Женька. — А я лично думаю, что эта тетка и отца бы моего точно так же облапошила.